Сегодня: 01.03.2024

90.84
98.54
АИ-92 49.9 руб.
АИ-95 55.4 руб.

Следите за новостями:

  Ян Деньгин 6809

Алексей Елькин о прошлом и настоящем язычества в Кировской области

«Основа основ – это три слова: природа, Родина, народ»

Алексей Елькин о прошлом и настоящем язычества в Кировской области

Вторая часть беседы с вятским поэтом и язычником Алексеем Елькиным (Светобором). Первая часть - по этой ссылке. После разговора о поэзии мы переключились на тему язычества в Кировской области.

Какой термин наиболее правильный? Родноверие или язычество?

Правильны оба названия. В данное время они равнозначны. Язычество – народная вера, язык – народ: «И назовёт меня всяк сущий в ней язык» - Александр Пушкин.

Термин «родноверие» появился позднее, когда возникла необходимость. Если брать самые-самые глубокие истоки, то и термин «язычество» появился тогда, когда появилась необходимость обозначить явление. А когда явление существовало просто как данность – «все так жили» - то не надо и было как-то обозначать. И вот в научной терминологии закрепилось название «язычество», «славянское язычество», «древнерусское язычество». Вот у Рыбакова [Бориса Александровича Рыбакова, исследователя славянской культуры] в своё время хорошие исследования были, основательные книги, например «Язычество древних славян» и «Язычество древней Руси». Эти две книги я всегда всем рекомендую. 

Можно сказать, что когда ещё не было термина «родноверие», то мы сами определили веру как «исконное славянское мировоззрение», или «исходное природное мировоззрение славян», так мы и определили в своё время.

Вот вы мой второй вопрос уже опередили. Я как раз хотел узнать, чем же на самом деле является язычество? Верованием, идеологией, философией?

Более точно всё же бьудет слово «мировоззрение». Ну а «вера» - это уже происходит дальше. Да, можно и верой назвать, но не в том плане, что слепо чему-то веришь, а то, в чём уверен. Ещё подходит термин «ведание», то есть «ведать - знать». Основа основ – это три слова: природа, Родина, народ. Такая вот неразделимость и единство этих явлений, человек – такая же частичка природы, как и всё остальное мироздание, он также неотделим от народа, ответственнен за судьбы своего народа. А Родина опять же и родная земля, как у Симонова:

Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы,
Да, можно голодать и холодать,
Идти на смерть… Но эти три березы
При жизни никому нельзя отдать.

И одновременно это и наша огромная, неохватная страна, вся история, всё всё всё.

То есть не вера в условных богов, а вера в природу, в свой народ и в Родину, то есть это три таких важнейших блока? То есть транцендентного ничего такого нет?

Ну как сказать. У Рыбакова хорошее исследование, в котором все эти три составляющих объединяются одним корнем «род», но и сам по себе род является чем-то действительно необъяснимым, тем, что можно назвать «Богом», и это пронизывает всё. Как объясняет наш соратник Коловрат: в род верить не надо, каждый человек знает, что род есть. Ребёнок рождается, он знает – вот его родители, вот его родня. Человек растёт, взрослеет, сознание расширяется, и он понимает, что принцип родства распространяется на всю природу, на всё мироздание – всё родственно. Тут вспоминается Арсений Тарковский:

Всё на земле живет порукой круговой,

И если за меня спокон веков боролась

Листва древесная –

я должен стать листвой,

И каждому зерну подать я должен  голос.

Всё на земле живёт порукой круговой:

Созвездье, и земля, и человек, и птица.

А кто служил добру, летит вниз головой

В их омут царственный

и смерти не боится.

Он выплывет ещё и сразу, как пловец,

С такою влагою навеки породнится,

Что он и сам сказать не сможет, наконец,

Звезда он, иль земля, иль человек, иль птица.

Такое мировосприятие в науке называют «пантеистическим» (пантеизм – отождествление природы с богом) – «всё есть бог». И традиция постигалась в течение веков по-разному, вот это родство осознавалось, и если так конкретно к богам перейти, то в современном язычестве многие общины несколько по-разному смотрят на этот вопрос. Наша община считает, что род – основа основ, а различные божества – это разные облики рода, разные его проявления. То есть не просто такое многобожие, а всё это есть род. Всё родное и всё родственное.

Как вы пришли к таким взглядам? Повлияла ли на это поэзия, или наоборот, взгляды повлияли на поэзию?

Как раз всё едино. В 1980 году я серьёзно задумался над жизнью, мне тогда было 20 лет. И тогда я начал изучать различные философские, религиозные воззрения разных народов. Восток, дзен-буддизм, чань-буддизм, индуизм, сам буддизм. После этого понял, что Восток-Востоком, но мы не на Востоке живём, а живём в России. У нас вроде бы христианство ближе всего, но когда я начал изучать эту веру, прочёл Евангелие, Новый Завет – мудрость есть, но что-то останавливало. Не ко всему душа лежала. А почему так? Посмотрел, значит, Новый Завет – это продолжение Ветхого Завета. Дай-ка посмотрю Ветхий Завет. К нему прикоснулся – и увидел, что это другая культура совсем, абсолютно другого времени и другого народа. Сердце сразу не приняло. Давай искать непосредственно наше, родное, то есть то, что было до христианства. 

А тут другая проблема – а много ли об этом времени в учебниках пишут? Вот даже в современных?

Очень мало, может быть, параграф этому посвящён.

Ну вот, примерно так это и есть. Приходилось в разных источниках искать, но потихоньку просачивалось. В журнале «Наука и религия», помню, у Селидора – Александра Константиновича Белова – статьи были. Он создавал славяно-горицкую борьбу и искал духовные основы в дохристианских верованиях. Он исследовал и индоевропейские верования, и славянские, и европейский Север.

Где-то в конце 80-х годов, примерно в 1989 году я узнал, что наш Валентин Востриков глубоко интересуется историей, занимается ей – древней историей. У него в первую очередь были исследования Вятки, но и дохристианским истокам он также уделял внимание. Он тогда мне давал книгу «Язычество древней Руси», потом «Язычество древних славян» я читал в Герценке в читальном зале. Там же я познакомился с трудами Афанасьева, например «Поэтические воззрения славян на природу». В те времена целиком ещё не была издана, но была книга на её основе «Живая вода и вещее слово», в которой приводились концентрированные выдержки из трёхтомника «Поэтические воззрения славян на природу». От него же я узнал, что у нас уже есть община в Шабалинском районе, и таким образом мы вышли на Доброслава. 

В 1990 году мы собирались, но съездить не удалось. В 1991 году мы в первый раз съездили туда. Опоздали на день – нас не совсем точно информировали. Когда мы туда приехали, народ уже разъезжался. Дороги там такие были, конечно, непроходимые для обычных машин, и не для каждого трактора даже. Оттуда ребята на тракторах и уезжали, мне этот момент запомнился: трактор с кузовом впереди «торопынька» мы такие называли. Их качает, трясёт, увидел нас, орут, а мы у них в ответ спрашиваем: «Где тут у вас славянские обряды проводят?» Они нам указали, и мы наконец добрались. Познакомились с Доброславом, он нам свои рукописные издания дал. Побеседовали с москвичами, которые там ещё после обряда оставались. Таким образом, у нас завязалась переписка. Два года ещё размышляли, и в 1993 году мы приехали и прошли обряды. Создали у себя общину, клуб «Сварожич».

Христианство – религия с чёткими понятиями – та же Библия. Есть ли у язычников документы, в которых описываются обряды, или рассказывается о мировоззрении?

Практически мало чего сохранилось. Изначально всё это передавалось из уст в уста, и не было необходимости записывать. Она появилась уже в более поздние времена. Можно отнести к языческим документам «Голубиную книгу» . Она сохранилась уже в более позднем варианте, в котором присутствуют имена христианских божеств, святых и так далее. Но сама структура, сам дух книги насквозь языческий. Существуют исследования, авторы которых выделили языческий пласт в этом труде – самое главное, что там написано – «борьба правды с кривдой», такие вот глобальные понятия впервые встречаются именно здесь.

«Слово о полку Игореве» - тоже всё насквозь языческое, и имена богов упоминаются, и сам дух произведения проникнут язычеством. Спорная «Велесова книга». Мнения исследователей разделились примерно 50 на 50: половина исследователей считает, что она написана непосредственном Миролюбовым [Юрием Петровичем Миролюбовым – русским писателем-эмигрантом в XX веке], когда он изучал всевозможные древние рукописи, и у него возникла необходимость или найти, или сделать своеобразную славянскую Библию. И я тоже её воспринимаю 50 на 50, но могу точно сказать – это главенство трёх понятий «природа, родина, народ». И наши документы – это народные предания, народные песни, народные сказания – весь фольклор, это огромное богатство.

Но они со временем могли исказиться?

Что-то могло, да. На Востоке, например, есть непресекаемая традиция, а у нас получилось, что она прерывалась, но где-то в глубинках сохранялась. И ещё – нынешнее время несёт в себе изменения, как у реки: вот исток, вот русло полноводное. Есть какие-то основы, и они служат опорой всего и вся. А дальше, с развитием времени, что-то может изменяться, какие-то внешние моменты, но сердцевина, исток, начало – всё равно остаётся. То есть сегодняшнее языческое мировоззрение является не закостенелым, а скорее творческим, развивающимся.

В своё время, когда к христианству обращался, побывал в действующих церквях – общее впечатление от этого: какая-то законсервированность, что-то остановившееся и не движущееся. В целом гнетущее впечатление оставило – остановившееся время, некоторая мрачность, какой-то даже спёртый воздух. У нас же обряды все происходят на природе, мы приветствует, славим все свои родные силы – не на коленях, а твёрдо стоя на земле. Ничего не выпрашиваем.

Традиционные религии формируют определённого человека. А язычество какого человека формирует?

В первую очередь язычник – творческий человек. Творчество и совесть. Если в христианстве совершил грех – пришёл, помолился, покаялся – и потом дальше опять совершил, и опять покаялся. У нас же не так – если ошибку совершил – то пока ты её не исправишь, твоя совесть не успокоится. Более действенные люди.

Не созерцание, не думы – а именно действие?

У нас как: мысль, слово и дело – должны быть едины. Вот у меня стихотворение есть об этом:

Где исток славянства -
В слове или славе?
Этот спор ведётся
Долгие века.
Нам бы обратиться
К родовой дубраве,
Многое расскажут
Травы, облака...

Видишь - росчерк рунный
В космах туч лохматых,
Может быть, Перуна
Огненная весть.
«Аррр-ка-им, Арр-ко-на», -
слышится в раскатах.
Счастлив тот, кто вспомнил,
Кто сумел прочесть,

Кто постиг основы,
Разомкнул пределы,
Заглянул в эпоху
Древнего родства:
Делом было слово,
Славным было дело,
Были нераздельны
Мысли и слова.

Счастлив осознавший,
Что поведать вправе,
Подводя итоги
Всех путей-дорог:

- И в родимом слове,
И в былинной славе
Наш незамутнённый
Солнечный исток.

Часто творческие люди состоят в общинах?

У нас так получилось, что таковыми являются практически все. Занимались в театре-студии «Вече», состояли в литературном клубе. Музыканты есть. Поэты, музыканты, композиторы.

А много ли молодёжи?

Тянется молодёжь. В Зуевке у наших общинников более солидный возраст, чем среди кировчан. В Зуевке у нас такие условия, что молодёжь мало задерживается. Общение мы со всеми поддерживаем с теми, кто учиться ездит, поступает куда-то, или в поисках работы. В советское время у нас здесь был механический завод по производству аттракционов и библиотечного оборудования – таких на весь Советский Союз два всего было. Тот же Ремзавод на всю страну продукцию выпускал. Да и строительных, железнодорожных организаций полно было. После «перестройки-переломки» всё пошло крахом. И поэтому люди мало здесь задерживаются. Из Кирова, из Кирово-Чепецка молодёжь. На праздник Купалы люди собираются из всей Руси, да из Белоруссии, из Молдавии приезжали к нам. Из Москвы, Подмосковья, с севера, с Перми. Уехавшие люди старются отпуск летом брать, чтобы на Купалу попасть. 

Само место, где мы проводим обряды, тоже волшебное. И река, и мельничный омут, и родник с живой водой Место само себя хранит. Если человек раз там побывал, то он всё равно вряд ли сам сможет найти это место без нас (смеётся). Я и сам в своё время в начале блуждал в поисках нашего места.

В общественном сознании сейчас можно видеть, что родноверов ассоциируют с националистами. Мы уже выяснили, что люди в общине далеко не глупые и приземлённые. А что с этим вопросом?

Когда община у нас складывалась, в 1990-е годы, официальная пропаганда была такая: всё русское объявлялось фашистским, и вообще как-то наперекосяк складывалось, патриотического воспитания не было. Люди, «косящие от армии», считались героями – это воспринималось чуть ли не как подвиг. Много таких перекосов было. У нас же клуб «Сварожич» складывался на патриотическом воспитании. А что такое патриотизм? Это любовь к Родине, прежде всего.

Нашему соратнику по имени Одинец задали вопрос: «Не считаете ли вы, что у вас чрезмерные взгляды в сторону национализма?». Он ответил: «Любовь к Родине не может быть чрезмерной». Касаемо национализма – нашей задачей является сохранение русского языка, русского духа, русского человека. Мы понимаем, что каждый народ имеет свою национальную особинку, и это разнообразие должно остаться и сохраняться. Почему малые народы за своё родное держатся, а мы, русские, не должны этого делать? Причём один из значимых историков исследователей язычества сам язычник – Озар, или Лев Прозоров. У него есть и удмуртские корни, и он бывал на праздниках (он сам из Ижевска). К сожалению, он ушёл уже из жизни, но оставил после себя много замечательных трудов. Он рассказывал, что на их праздниках бывают люди разных народов – и марийцы, и удмурты, и русские – и никаких разногласий, непонимания нет, потому что они так же славят природу. У кого-то боги свои имена имеют, духи тоже, но так или иначе славятся своя природа, свои предки, своя Родина.

Если я приезжаю к кому-нибудь в гости, я же не буду забираться с грязными ногами на стол. Так и к нам если приезжают гости на Перунов бугор, то и им необходимо соблюдать правила приличия, никаких разногласий особых нет. Есть люди, которые ещё не определились – пожалуйста, смотрите, сравнивайте. Жёсткости особой у нас нет, но если кто-то будет посягать на наши святыни, то отпор дадим, конечно же.

Какое прошлое, настоящее и будущее у язычества? Как язычество воспринималось органами власти в СССР, в 1990-е годы, что сейчас происходит и какое видение будущего присутсствует?

Насчёт советских времён я не могу точно сказать. В 80-е годы мы просто изучали это движение, видели, что материалов мало. В целом к каким-либо религиозным поискам власти относились настороженно, но особых препятствий – пожалуйста, изучение Востока. Каратэ пришло, сначало просто внешне, а потом и глубинное изучение философии. Секции появлялись, движение развивалось. Но потом  видимо кто-то кого-то побил, жестоко владея этим искусством, и начали запрещать. Но у нас серьёзных запретов не было. Я сам знакомился с этим, занимался, но так, несерьёзно, скорее сами по себе были, небольшой группой – на себе мы этих запретов не ощутили. 

А язычество когда начали изучать – тогда на нас особо внимания не обращали. Напомню, что материалов было немного. А вот уже потом, в 1990-е годы, был момент, когда уже нынешние власти присматривались к нам. Но я им сразу сказал: «У вас свои взгляды, у нас свои взгляды, у вас своя работа, а мы немного на это про-другому смотрим – у нас прежде всего духовные основы, изучение фольклора». То, что клуб «Сварожич» действовал при местном Доме Культуры «Меридиан» - у нас вся документация была официальная, все наши путешествия.

У вас в то время было очень много активности – и театральный кружок, и славяно-горицкая борьба, и сами выезды и много чего ещё. Можете чуть подробнее про эту активность рассказать?

Театр-студия «Вече». Это у меня была работа – я режиссёр народного театра. Опять же, к любой работе можно по-разному относиться – либо просто развлекалочки делать, либо для души, для пробуждения сознания, для противостояния той мгле, которая надвигалась тогда. В то время мы как раз ставили спектакль «Своя своих не познаша» по книге Любомира – Валерия Пономарёва. Книга называется «Слава вольной Вятке», и по этой книге он написал пьесу. Она о временах вятской вольницы, как раз когда москвичи начали накладывать «свою лапу» на нашу волю (смеётся), в XV веке. 300 лет у нас была Вятская вечевая республика. Как Николай Востриков сказал: ««Триста лет – дольше всех стояли, оставаясь последним пристанищем русской вольницы» - «О Вятской стороне, о старинной старине, где бывала бывальщина рука об руку с видальщиной».

Клуб «Сварожич» - в нём мы занимались славяно-горицкой борьбой, ездили на исток реки Вятки, да и много ещё куда – по Сибирскому тракту, чередовали год через год. Иногда и по левому берегу Чепцы путешествовали, в район Дубового озера – экзотические, специфические места. Участвовали в фольклорных праздниках – и в Зуевке, и в Рябово. Обряды славянские проводили и продолжаем проводить. Раньше при Доме Культуры числились, а сейчас абсолютно независимы и сами по себе. Сейчас я на пенсии, уже по новому сроку – мне добавили 1.5 года, и вышел я в 61.5 год.

А будущее?

Будущее – это уже зависит о молодёжи.

Клубы зависели от притока молодёжи. Что же дальше?

Сейчас в малых городах наших молодёжи немного. Но, с другой стороны, люди, которые у нас и через «Сварожич» прошли, и состоят в общине, они своих детей привозят на обряды – начинает складываться традиция такая. Как в своё время мой преподаватель по основам народной культуры говорил: «Трудно найти исток. Не знаешь, где его найти – сам стань истоком». Будущее зависит уже от наших детей. Вот у Доброслава дети и внуки – все приверженцы славянского мировоззрения. В Рязани есть община, в которой тоже много семейных людей, несколько семей у них этим занимается, и движение продолжает развиваться. А вообще, если в целом посмотреть, то во-первых и общин стало много, и во-вторых капищ, которые принадлежат конкретной общине – земля у кого-то в аренде, у кого-то как частная собственность. Кто-то и храмы строит – каждый по-своему, но основываясь на исторических моментах и документах археологических. И меж общинами взаимодействие существует.

Есть и такие, у которых отсебятины чересчур много. Ладно бы эта отсебятина была такая: «Я так вижу, это наше творчество», но есть и такие, которые всю отсебятину выдают как нечто, взятое из древности и реализуемое на практике. Здесь умение отличать настоящее от придуманного крайне важно.

Ваши родители как к этому относились?

Отец у меня давно ушёл из жизни. Мама спокойно относилась, с пониманием.

А дети? Да и дети ваши тоже с именами, в которых есть «Свет» - Светлана и Светослав.

Светлана – просто нравилось это имя. Тогда мы ещё не были приверженцами язычества, это был 1985 год. Тогда я ещё был в поисках, увлечён Востоком. Но, как бы тут сказал Доброслав «духи подсказали» (смеётся). Понравилось, хорошее имя. А вот сына Светославом я уже целенаправленно назвал.

Традицию родительскую продолжают?

Да. Светослав ещё в 5 лет заявил, что он хочет попасть на обряд. Я ему просто рассказал об этом, а он мне в ответ сказал: «Папа, когда мы приедем на Перунов бугор, мы будем там…» Даже не то что «возьми меня с собой» - он был уверен в этом (смеётся). А я ещё думал – такой ребёнок, но нет.

Может от себя что-то хотите добавить?

Добавлю, что непосредственно поэзия и мировоззрение одно на другое влияло, и непонятно, что на что больше влияло. Стремление к истокам и на мировоззрении сказалось, и на творчестве. Где истоки поэзии? В народных заговорах, в общении с неведомым миром, во взаимодействии миров, скажем так. Опять же, когда ты к природе начинаешь прислушиваться, пронизываешься этим ритмом, образами, которые ведут тебя в глубины мира. 

Не случайно все народы, которые близки к Северу, являются солнцепоклонниками, ведь связь между человеком и солнцем очевидна. Мы зависим от солнечных ритмов. Если Восток и Юг ближе к Луне, то мы к Солнцу. И если ещё глубже посмотреть, то всё на Земле является родственным Солнцу: солнечный луч упал на землю – соединился с землёй и стал травой. Упал на дерево – стал листком, цветком. И человек, конечно, более сложное явление, но схожие моменты присутствуют. Человек – такое же воплощение солнечного луча.

У Циолковского с научной точки зрения объясняется космичность. Совсем упрощённо скажу: солнечный луч доходит до земли – воплощается в живое. Живое уходит к Солнцу, происходит взаимодействие – у него всё более обоснованно объсняется. Взаимообмен между Солнцем и Землёй очень важен. На обрядах иногда подобные чувства испытваешь, когда встречаешь рассвет: видишь, как Солнце пульсирует, как марево такое возникает. Вот ты мне книгу давал Владимира Михайлова «Сторож брату моему» - там ведь примерно об этом же говорится. Когда земляне прилетели на планету, наблюдают – вроде бы и диктатура, но жители нашли свой способ не дать угаснуть звезде. Что-то подобное и мы испытываем во время обрядовой части.

Можно стихотворение из «Обережного круга» стихотворение вспомнить:

Уводящий от истины спор

Оставляю в забаву

Для юных...

Величав и таинственен бор

На таёжных Медведковских дюнах

Опрокинулась в озеро высь,

Ветер песню завёл Ведовскую,

Берегини-Берёзы сошлись,

Чтобы смыть с меня

Спесь городскую.

И, дремучею влагой дыша,

Разнотравьем,

Сосновой живицей,

Возвращается к свету Душа,

Чтобы Солнцем

С людьми

Поделиться

Фотографии взяты с личной страницы Алексея Елькина: https://vk.com/id13943928

Подпишитесь на нас в: Google Новости Яндекс Новости